Данная рубрика — это не лента всех-всех-всех рецензий, опубликованных на Фантлабе. Мы отбираем только лучшие из рецензий для публикации здесь. Если вы хотите писать в данную рубрику, обратитесь к модераторам.
Помните, что Ваш критический текст должен соответствовать минимальным требованиям данной рубрики:
рецензия должна быть на профильное (фантастическое) произведение,
объём не менее 2000 символов без пробелов,
в тексте должен быть анализ, а не только пересказ сюжета и личное мнение нравится/не нравится (это должна быть рецензия, а не отзыв),
рецензия должна быть грамотно написана хорошим русским языком,
при оформлении рецензии обязательно должна быть обложка издания и ссылка на нашу базу (можно по клику на обложке)
Классическая рецензия включает следующие важные пункты:
1) Краткие библиографические сведения о книге;
2) Смысл названия книги;
3) Краткая информация о содержании и о сюжете;
4) Критическая оценка произведения по филологическим параметрам, таким как: особенности сюжета и композиции; индивидуальный язык и стиль писателя, др.;
5) Основной посыл рецензии (оценка книги по внефилологическим, общественно значимым параметрам, к примеру — актуальность, достоверность, историчность и т. д.; увязывание частных проблем с общекультурными);
6) Определение места рецензируемого произведения в общем литературном ряду (в ближайшей жанровой подгруппе, и т. д.).
Три кита, на которых стоит рецензия: о чем, как, для кого. Она информирует, она оценивает, она вводит отдельный текст в контекст общества в целом.
Модераторы рубрики оставляют за собой право отказать в появлении в рубрике той или иной рецензии с объяснением причин отказа.
В новом романе известного американского писателя Майкла Крайтона читатель снова встретится с героями книги «Парк Юрского Периода». После трагедии, произошедшей в парке, прошло шесть лет. После гибели динозавров заповедник подвергся реконструкции, а остров закрыли для посторонних лиц. Но слухи о том, что на острове сохранилась жизнь, все-таки имеют основания...
__________________________________________
«Затерянный мир» — уникальный роман для Майкла Крайтона. Единственный раз за всю карьеру писатель второй раз вернулся к ранее изученной теме. Первоначально он не собирался садиться за продолжение «Парка юрского периода», однако после шквала настойчивых просьб со стороны издателей, читателей, студии Universal и лично Стивена Спилберга Майкл не выдержал и принялся за работу.
Действие книги разворачивается спустя несколько лет после событий «Парка». За это время в жизни уцелевших героев первого романа произошли значительные изменения. Элли Сатлер оставила полевые работы, вышла замуж, родила двоих детей и начала читать лекции в университете. Ян Малькольм продолжил заниматься теорией хаоса, но теперь пытается найти ей применение в вопросе исследования эволюции и вымирания видов. Дональд Дженнаро подхватил лихорадку в очередной деловой поездке и скончался. Один лишь Алан Грант вернулся к прежнему ремеслу и по-прежнему раскапывал и изучал кости динозавров.
Правда, большую часть этих новостей мы узнаем мельком и из вторых рук, поскольку из всех действующих лиц «Парка» в «Затерянном мире» вернулся один лишь Ян Малькольм. В первой книге харизматичный математик был одним из самых любопытных персонажей, но по воле автора остался в стороне от большинства самых интересных событий, а потом и вовсе умер. Но популярность Яна и тот факт, что он уцелел в экранизации, заставили Крайтона изменить свое решение, воскресить его и сделать Яна главным героем продолжения. Свое неожиданное воскрешение ученый объясняет тем фактом, что «врачи сотворили настоящее чудо».
Однако перенесенные испытания не прошли для Малькольма бесследно. Он сменил сферу профессиональных интересов, и если в «Парке» он занимался нелинейной математикой, но в «Затерянном мире» Ян скорее биолог или философ.
Изменился, впрочем, не только Малькольм. За прошедшие с момента написания «Парка» годы появилась новая информация касательно различных видов динозавров, и Крайтон не удержался от искушения применить полученные знания в «Затерянном мире». Стремление к реализму делает автору честь, однако некоторые правки были сделаны слишком неаккуратно и стали бросаться в глаза.
В начале девяностых годов развязалась настоящая дискуссия вокруг тираннозавра-рекса. Некоторые исследователи, во главе с главным консультантом экранизации «Парка» Джеком Хорнером стали склоняться к мнению, что тираннозавры были падальщиками. Другие же, как Роберт Бэккер, продолжали настаивать, что гигантский ящер был хищником.
В качестве одного из приверженцев версии падальщика Крайтон упоминает Алана Гранта, который также, согласно книге, выдвинул теорию, что тираннозавры крайне не эффективно действовали в дождь. Учитывая, что Грант, по идее, из первых рядов должен был убедиться в неверности обеих своих теорий, крайне сомнительно, что он действительно мог их придерживаться.
К слову говоря, в экранизации «Затерянного мира» Спилберг также решил обыграть столкновение приверженцев обеих теорий. Поскольку главным консультантом фильма был Хорнер, режиссер ввел в повествование персонажа Роберта Берка, в котором безошибочно угадывался Бэккер. По сюжету Берк погибал в пасти тираннозавра. Бэккер, посмотрев фильм, оценил шутку и направил Хорнеру письмо, в котором цитировался этот момент и приводился следующий комментарий «Я же говорил, что он – хищник!».
Самым же заметным изменением стала разница в поведении велоцирапторов. В «Парке» рапторы были изображены животными с крайне сложной и развитой системой поведения. Они жили в группах, где соблюдалась строгая социальная иерархия, у каждой особи была своя определенная позиция, а о потомстве заботились все взрослые. У рапторов были очень аккуратные гнездовья и очень много детенышей.
В «Затерянном мире» мы видим другую картину. Иерархия в стае рапторов захромала на обе ноги, ящеры совершенно перестали заботиться о потомстве, гнезда строились на скорую лапу и содержались в крайнем беспорядке. Логика рассуждений автора понятна. При работе над «Парком» Крайтон определенно считал, что все основные инстинкты, наподобие охоты и заботы о потомстве, заложены во всех без исключения динозавров на генном уровне, поэтому оказавшись на свободе, выращенные из пробирки рапторы стали ухаживать за своими отпрысками также заботливо, как если бы за их плечами стояло несколько десятков поколений любящих предков.
Однако затем взгляды писателя изменились. В «Затерянном мире» он склонился к мысли, что инстинкты работают только для не очень интеллектуально развитых животных, в то время как для высокоразвитых существ, к которым Крайтон относил рапторов, основы поведения закладывались воспитанием (собственно говоря, такая же мысль звучала в «Конго»), поэтому, выращенные в неволе экземпляры понятия не имели о том, как воспитывать детей, строить гнезда или выстраивать отношения в стае, поэтому все делали тяп-ляп. А вот менее развитые майязавры и тираннозавры уже с рождения знали, как правильно заботиться о потомстве. Другой вопрос, если взять в расчет ограничения, упомянутые в первой книге, большинство выведенных в «Парке» динозавров, в том числе тираннозавры, вообще не должны были иметь потомства. Ни разу не упоминается во втором романе и лизиновая зависимость ящеров.
Минутку, то есть как это я не заботливый родитель?
Еще одной заинтересовавшей Крайтона темой оказалась проблема вымирания видов. Автор считал, что причина повышенного интереса к динозаврам кроется в тайне их внезапного исчезновения и, соответственно, страхе перед тем, что подобное может случиться и с людьми. На страницах «Затерянного мира» Майкл постарался найти ответ на вопрос, почему же вымерли гигантские ящеры.
Проводником авторских идей выступает Ян Малькольм, заинтересовавшийся вопросом вымирания видов после близкого знакомства с челюстями тираннозавра. На острове Сорна Ян хочет не только найти своего друга, забравшегося туда заранее и в одиночку, но и понаблюдать за животными в условиях, близких к естественным, и постараться разгадать тайну их исчезновения. Однако искомых ответов ученый так и не получает. Да и не смог бы при всем своем желании.
Кому, как не Малькольму, ярому приверженцу теории хаоса, знать, что с самого начала эксперимент с клонированием динозавров не мог дать никаких ответов, связанных с исчезновением всей популяции. Мало того, что они были выведены искусственным путем, с применением искусственных ограничений, так ведь еще и среда, в которую поместили животных, в корне отличалась от той, что существовала семьдесят миллионов лет назад. Более того, как отмечал сам ученый, поведение некоторых видов могло сильно отличаться от поведения их предков, поскольку никто не знает, какие навыки и в каких динозаврах были заложены с рождения, а какие прививались заботливыми родителями. А если учесть еще и теорию хаоса, которая говорит, что даже при прочих равных условиях совершенно одинаковые сложные системы могут развиваться в диаметрально противоположных направлениях под влиянием самых незначительных факторов, то становится непонятно, на что вообще рассчитывал Малькольм.
Как-то так все и происходит, ага
Сам Крайтон, похоже, тоже понимал, что не добьется решения таким образом, поэтому отвечает на свои же вопросы как бы между делом, в лирических отступлениях и философских диалогах героев, а в промежутке между этими тирадами рассказывает банальную приключенческую историю.
По сути, «Затерянный мир» не предлагает ничего нового и пользуется теми же приемами, что и «Парк юрского периода». Даже набор действующих лиц во многом повторяет список героев первой книги. Вот только если в «Парке» персонажи столкнулись с неопреодолимыми силами хаоса и девственной мощью самой природы, пускай и вызванными человеческой глупостью, небрежностью, неосмотрительностью и всемогуществом, то в «Затерянном мире» причиной злоключений героев частенько становятся их собственные действия и ошибки. Даже введенные в повествование антагонисты не вызывают ничего, кроме жалости, поскольку идиоты, забравшиеся в самый центр острова динозавров без какого-либо понятия о подстерегающих их опасностях, ничего другого и не заслуживают.
Исла Сорна
Сюжет «Затерянного мира» также во многом повторяет первую книгу, разве что действие перенеслось на другой остров, да герои попали на него исключительно по собственной воле. Интрига, как и в прошлый раз, заключается в том, сколько персонажей в итоге уцелеет и сможет беспрепятственно покинуть остров. Но поскольку в этот раз участники экспедиции подготовились значительно лучше, Крайтону порой приходится усложнять им жизнь даже в ущерб общей логике повествования. В итоге, адекватные вроде бы люди, некоторые из которых обладают даже учеными степенями, в ряде ситуаций ведут себя совершенство неестественно, ставясь причинами собственных проблем и неурядиц.
Резюме: Майкл Крайтон еще ни разу до этого не возвращался к ранее исследованной теме, и Затерянный мир, в принципе, дает представление, почему. Роман написан на привычном для автора высоком уровне, однако как бы Крайтон ни старался, ему не удалось повторить успех «Парка юрского периода» и сказать что-то принципиально новое.
Восьмидесятые годы нельзя назвать самым плодотворным периодом в карьере Майкла Крайтона. Для писателя это было довольно трудное время, в том числе и по личным причинам. За десять лет он успел дважды развестись. Естественно, это не могло не сказаться на темпах работы – за этот же срок из-под пера автора вышло всего два романа («Конго» в 1980 году и «Сфера» в 1987 году) и два документальных произведения (Electronic Life: How to Think about Computers (1983) и Travels (1988)). Кроме того, Майкл снова увлекся кинематографом и снял три фильма, к двум из которых написал сценарии.
При этом, правда этом не стоит забывать, что в случае с Крайтоном между появлением оригинальной идеи и выходом самого произведения может пройти очень много времени. Например, по его собственным же словам, над «Сферой» автор работал около двадцати лет, а на написание «Парка юрского периода» ушло семь. И если «Парк» оправдал каждую секунду потраченного на него внимания, то вот «Сферу» нельзя отнести к числу лучших романов писателя.
Начинается все довольно многообещающе. Американское командование собирает команду исследователей и отправляет их на авианосец посреди Тихого океана, где на дне уже более трехсот лет лежит потерпевший крушение космический корабль. Преодолевая собственный скепсис, ученые спускаются вниз и делают ряд потрясающих открытий, однако вернуться на поверхность будет совсем не так просто, как они ожидали.
Завязка повествования обещает нам увлекательную научно-фантастическую историю, однако у Крайтона были совсем другие планы. Затонувший космический корабль и найденная на его борту загадочная сфера были всего лишь приманкой как для наивных исследователей, так и доверчивых читателей. Доказательством этого утверждения являются те факты, что автор так и не потрудился ответить на вопросы, что же такое сфера, откуда она взялась и для чего вообще предназначалась.
Самого же Крайтона интересовали совсем другие проблемы. Он хотел разобраться в поведении небольшой группы, оказавшейся в экстремальной ситуации в замкнутом пространстве вдали от остального мира. Однако еще большие ужасы, намекает автор, кроются в сознании оказавшихся взаперти людей.
Таким образом, повествование движется в сторону психологического противостояния оказавшихся взаперти людей, однако ожидаемого эффекта добиться не удалось. Глубоко проработанные характеры никогда особо не были сильной стороной Крайтона (ну или его просто не интересовали подобные детали), но если раньше этот недостаток компенсировался тщательно сконструированной историей и обилием поводов для размышлений, то в книге, построенной вокруг взаимоотношений главных действующих лиц, он вышел на передний план.
Характерам героев Сферы не просто не хватает глубины, они банально ведут себя не как дипломированные ученые, а как какие-нибудь школьники, попавшие в низко пробный фильм ужасов. Отсюда следуют крайне непродуманные решения, немотивированные поступки, ошибки и прочие недопустимые в столь серьезной компании вещи. Усугубляет ситуацию тот факт, что один из персонажей вроде бы психолог, однако в своей непосредственной области деятельности он успевает столько раз накосячить, что его компетентность ставится под сомнение.
Возникают претензии и к концовке книги. Хотя на первый взгляд и кажется, что герои приняли единственно верное решение, при тщательном рассмотрении кажется сомнительным, три совершенно разных человека, которые перед этим чуть было друг друга не поубивали, так резко и без споров пришли к согласию. Более того, они даже не подумали о каком-то другом варианте, хотя при их-то уровне интеллекта можно было придумать сколько угодно других идей.
Резюме: Далеко не самый лучший роман Крайтона. Автор решил углубиться в проблемы человеческой психики, взаимоотношения и поведения в критических ситуациях, однако если учесть, что проработка персонажей никогда не была коньком писателя, у него ожидаемо не получилось добиться значимого результата.
В своем творчестве Майкл Крайтон никогда не ограничивался какой-то одной темой. Каждая следующая книга автора была посвящена какому-то новому вопросу, зачастую совершенно из другой области. Строго говоря, лишь однажды за всю свою карьеру Майкл вернулся к уже рассмотренной один раз теме и под огромным давлением издателей, общественности, кинокомпании и Стивена Спилберга написал продолжение одного крайне успешного романа. В случае же с «Конго» писатель задался целью создать авантюрный приключенческий роман в викторианском стиле в духе «Копей царя Соломона» Генри Райдера Хаггарда. А параллельно Крайтон увлекся попытками обучения приматов языку жестом и движением за права находящихся в неволе животных, оба этих направления в конце семидесятых годов активно развивались и представляли интерес для общественности.
В основу «Конго» легла история об американской экспедиции, направившейся в западный Заир на поиски алмазов, следов их пропавших товарищей и давным-давно затерянного легендарного города Зиндж, богатство которого, по слухам, основывалось на крайне богатых алмазных копях. В состав экспедиции вошли геолог Карен Росс, приматолог Питер Эллиот, его подопечная горилла Эми, наемник Шарль Мунро и несколько местных носильщиков.
Повествование в основном ведется с точки зрения Росс, Эллиота или Мурно, но в то же время самим людям и развитию их характеров Крайтон почти не уделяет внимания. Оно и понятно, практически все члены экспедиции – уже сформировавшиеся взрослые люди, и даже опасное путешествие в Конго не способно ничего изменить в их душе. Другими словами, на собственных ошибках никто не учится. Дело в том, что вглубь тропических лесов всех героев книги влекут разные цели, но все они вполне подходят под определение «жажда славы, богатства или успеха».
Например, у холодной, высокомерной, эгоистичной, честолюбивой и расчетливой Карен Росс в жизни только один приоритет – сделать успешную карьеру, поэтому для нее в конголезской экспедиции –самое главное – добиться успеха любой ценой. Она не считается с потерями и даже гибель нескольких носильщиков воспринимает исключительно как досадную помеху. А ее упрямство и упорное игнорирование быстр меняющейся обстановки и вовсе может поставить под угрозу жизни всех окружающих.
Не менее честолюбив и приматолог Питер Эллиот, который стремится добиться в деле изучения обезьян какого-нибудь значимого прорыва и сделать себе имя. Стоит только появиться перспективе потрясающего научного открытия и всех сопутствующих этому делу бонусов, грантов и стипендий, как Питер забывает обо всем, даже о своей подопечной горилле Эми. Но, справедливости ради нужно отметить, что Эллиот действительно привязан к горилле, заботится о ней и у него хватает совести прийти в ужас от поведения Росс.
Строго, говоря, наемник Шарль Мунро тоже присоединился к экспедиции ради наживы, но при этом он обладает сразу несколькими качествами, выделяющими его на фоне Эллиота и Росс. В отличие от них, он никогда не ставит абстрактное богатство выше безопасности отряда, он осторожен, осмотрителен и способен понять, когда игра не стоит свеч и лучше всего отступить. Но с другой стороны, здравомыслие и забота о собственной шкуре – это обязательные навыки для любого наемника на африканском континенте, если он хочет дожить до пятидесяти. Мунро дожил.
Но настоящей звездой книги является горилла Эми. Добрая, искренняя, честная и прямая обезьяна куда симпатичнее погрязших в поисках сиюминутной выгоды людей. Она не честолюбива, довольствуется маленькими удовольствиями (чесать Эми, щекотать Эми, обнимать Эми, угостить Эми вкусненьким), и при этом прекрасно ориентируется в джунглях, и знает, куда стоит лезть, куда не стоит, а когда нужно уносить ноги прямо сейчас. Примечательно, что по сути все выжившие члены экспедиции обязаны своим спасением именно Эми, но при этом вряд ли кто-то, кроме Мунро, об этом вообще догадался, поскольку все остальные были слишком заняты мыслями об возможных прибылях и упущенных выгодах.
Это подводит нас, пожалуй, к самой главной мысли, заложенной Крайтоном в «Конго». Человек так кичится своим превосходством над животным миром, в то время как его величие порой оказывается мнимым, а в некоторых аспектах животные и вовсе превосходят людей. Однако именно человек представляет самую большую угрозу для дикой природы, и его деятельность, такая как вырубание дождевых лесов, загрязнение атмосферы, разрастание городов, регулярно обрекает различные виды на вымирание.
Автор старается предостеречь человечество от бездумного уничтожения окружающего мира, от экстенсивной вырубки дождевых лесов, безумной гонки за наживой и прочих не самых приятных составляющих нашей цивилизации. Мельком Крайтон также поднимает вопросы вымирания отдельных видов и обучения некоторых высокоразвитых животных, обе эти темы затем получат дальнейшее развитие в «Затерянном мире».
Как и всегда, научные, моральные и философские проблемы спокойно существуют рядом с увлекательным сюжетом. Крайтон довольно умело нагнетает интригу и повышает уровень накала, достигающего своего максимума к последним страницам, однако затем совершенно неожиданно и неоправданно сбивается с темпа и вываливает на читателя ворох абсолютно ненужных сведений о гонках вооружений, секретных испытаниях с извержениями вулканов и прочих совершенно лишних подробностей.
Резюме: Крайтон в очередной раз доказывал высокий свой уровень романиста, способного сочетать увлекательное повествование с очень серьезными моральными, философскими и этическими проблемами и вопросами. Вот только ответы на них он предлагает искать самим.
«Пожирателей мертвых»Майкл Крайтон, можно сказать. написал его на спор, заявив институтскому другу, что сможет сделать любопытную историю на основе англосаксонского эпоса «Беовульф», который тот самый приятель включил в список наиболее скучных литературных произведений всех времен и народов. Слово свое Крайтон сдержал и написал довольно интересную адаптацию древней легенды, смешав воедино правду и вымысел, а заодно разбавил сюжет заимствованиями из сразу нескольких дополнительных источников.
Приступая к работе над книгой Крайтон задался целью отделить своеобразную основу легенды, ее исторический корень, от добавленных позднее элементов. Он справедливо посчитал, что если легшие в основу Беовульфа события когда-либо имели место в действительности, то передаваемый из поколения в поколения рассказ о подвигах этого воина неизменно должен был обрасти огромным количеством подробностей, отсутствовавших в оригинале.
Размышляя над тем, как наилучшим образом реализовать свои задумки на бумаге, автор решил написать текст от лица непосредственного участника описываемых событий, который затем предоставил бы подробный отчет о своих приключениях. Но кто и кому написал бы подобный отчет? Так в истории появился Ахмед ибн-Фадлан, арабский аристократ, совершивший в десятом веке путешествие в северные земли и встретившийся там с викингами. Вернувшись домой, араб представил багдадскому халифу рассказ о своих похождениях, однако до наших дней документ добрался только в виде разрозненных фрагментов.
Скомпоновав из различных источников уцелевшие отрывки рукописи Ибн-Фадлана, Крайтон переделал их в первые главы романа, а затем, стараясь придерживаться того же стиля, написал всю оставшуюся историю. Результат получился удивительным — неподготовленный читатель никогда в жизни не догадается, где заканчивается оригинальный исторический текст и начинается авторский вымысел, хотя людям, знакомым с работой Ибн-Фадлана различие, скорее всего, сразу же бросится в глаза.
Тем не менее, Крайтон вовсе не ограничился одной лишь реконструкцией исторической основы Беовульфа или же стилизацией повествования под арабскую рукопись десятого века. О нет, он постарался создать настоящую своеобразную мистификацию, на протяжении всей книги намекая на подлинность рукописи и ссылаясь на труды десятков авторов, якобы исследовавших текст Ибн-Фадлана, а на самом деле никогда не существовавших в природе. Более того, Крайтон не просто ссылается на им самим придуманные труды, но и достаточно едко их комментирует, проходясь по, в принципе, вполне реальным недостаткам викторианской, средневековой и христианской науки и позубоскалив на тему недалекости, узколобости и высокомерия ряда своих ученых коллег. Если выражаться современным языком, то «Пожирателей» вполне можно охарактеризовать как блестящий пример троллинга научного сообщества.
Однако Крайтон не был бы собой, если бы сумел удержаться от пространных лекций на общеобразовательную тематику. Он умудрился впихнуть в небольшой по размеру роман огромное количество разнообразных сведений о жизни, обычаях и традициях викингов, причем сделал это настолько ненавязчиво, что изобилие справочной информации даже не вызывает отторжения читателя. Впрочем, автор всегда славился тем, что мог доступным языком изъясняться на самые разные темы и популяризовывать самые разные научные области.
Приключенческая составляющая книги оказалась отнесена на второй план, но все равно оставляет после прочтения очень сильное впечатление. Все основные события автор уместил на паре сотен страниц, при этом прекрасно передал царящую в рядах викингов атмосферу ужаса, к которой эти храбрые воины совсем не привычны. Рассказу не достает размаха, однако он и не требуется, поскольку именно таким образом чувствуется реальность происходящего. К тому же Майкл оставляет прекрасные намеки на то, как и почему тот или иной эпизод с годами превратился в нечто возвышенное и более великое.
Еще одним достоинством книги стали прекрасно прописанные отношения между Ибн-Фадланом и остальными викингами. Утонченный, образованный и воспитанный совсем в другой культуре араб изначально воспринимает своих спутников как самых последних дикарей, но со временем проникается их простотой и образом жизни и даже сам перенимает ряд их черт. С своей стороны, норманны начинают уважать стойко проявившего себя чужеземца, и между членами отряда развивается самая настоящая, крепкая дружба. Так что когда путешествие подходит к концу, и наступает пора прощаться, читатель, подобно Ибн-Фадлану, испытывает горечь и сожаление от необходимости расставаться с друзьями.
Резюме: По структуре перед нами, пожалуй, идеальный роман Майкла Крайтона, где в идеальных пропорциях смешаны приключенческая и образовательная составляющие, а автор, получив простор для ехидных комментариев, безжалостно проходится по всем огрехам научной мысли. И все это реализовано без привычного для автора многословия и непримечательных персонажей.
В 1969 году в США вышла первая книга за авторством Майкла Крайтона. Впрочем, для самого писателя это был уже далеко не дебют, а всего лишь первое произведение, выпущенное под собственным именем. До этого Крайтон публиковался исключительно под псевдонимами Джон Ланг и Джеффри Хадсон. В том же году роман "Штамм "Андромеда" перевели и издали в сокращенном виде на страницах газеты «Неделя», а уже в 1971 появилось первое полноценное издание.
К сожалению, причины столь быстрой локализации «дебютной книги молодого американца» были исключительно политическими. Советские деятели приняли писателя за левого антимилитариста, обличающего звериный оскал капиталистической военной машины и выступавшего против «пентагонизации науки». Соответственно, сам роман рассматривался как еще один инструмент в деле антиамериканской пропаганды. Чего стоит только потрясающее по красоте предисловие к первому советскому изданию книги, в котором ради красного словца события романа мало того что рассказаны на триста страниц вперед, так еще и перевернуты с ног на голову для создания у читателя подобающего впечатления о героях «Штамма».
В самих же Соединенных Штатах автора обвинили в прямо противоположных грехах. Встревоженная общественность стала корить Крайтона за то, что он подбрасывает военным перспективные идеи, которые могут быть приняты на вооружение Пентагоном. Истина же, как это часто бывает, крылась даже не посередине, а совершенно в другом месте.
По собственному признанию, при написании книги Крайтон думал о политических последствиях в последнюю очередь. Гораздо больше его волновали проблемы исключительно научного толка. Автор хотел донести мысль, что в природе существует особый вид кризисов, неважно, биологической или технологической природы, которые просто невозможно разрешить в том случае, если они-таки случились. Их можно только не допустить.
Сама же идея «Штамма» пришла к Крайтону еще в институте, когда он вычитал в одной научной работе довольно легкомысленный комментарий о том, что организмы, живущие в верхних слоях атмосферы, еще ни разу не использовались ни в одном научно-фантастическом произведении. Майкл несколько лет обдумывал, как лучше взяться за подобный проект, затем приступил к работе и отправил получившуюся рукопись своему тогдашнему редактору, Бобу Готтлибу. Тот неоднократно заставлял молодого автора переделывать текст, и именно он первым посоветовал использовать прием, ставший впоследствии фирменной чертой Крайтона, — сухой псевдодокументальный стиль повествования, как будто бы книга целиком и полностью основана на реальных событиях.
Редактор попал в яблочко. Роман стал бестселлером, а Крайтон проснулся знаменитым. Более того, в случае со «Штаммом» впервые проявилась еще одна характерная для автора черта – невероятное везение. Книга поступила в продажу всего за несколько недель до возвращения на Землю лунной экспедиции, и общественность тогда была крайне обеспокоена мыслью, что астронавты могли привезти с собой опасные лунные микроорганизмы. Подобные настроения только еще больше подогрели интерес к «Штамму», и Крайтона даже пригласили на телевидение обсудить опасения публики.
Прослеживаются в «Штамме» и другие черты фирменного стиля писателя. Автор очень тщательно подходит к созданию декораций, с мельчайшими подробностями описывает интерьеры секретных лабораторий, алгоритмы научных исследований и процедур. Сухим, но доступным языком он подробно рассказывает о различных научных проблемах и путях их решения, знакомит читателей с новейшими статьями и исследованиями и одновременно мастерски смешивает правду и вымысел. Дошло до того, что очень многие читатели приняли все, описанное в романе, за чистую монету. Впрочем, по словам самого Крайтона, когда несколько лет спустя в Голливуде купили права на экранизацию и приступили к съемкам, им не пришлось долго искать подходящих декораций, поскольку нашлись и подземные лаборатории, и специальные компьютерные программы, и биометрические охранные системы.
В «Штамме» автор очень много внимания уделил проработке характеров персонажей. Крайтон постарался сделать участников программы «Лесной пожар» максимально достоверными, живыми людьми, со своими достоинствами, недостатками, тараканами и скелетами в шкафу. Но вместе с тем в первую очередь его интересовал исключительно разразившийся кризис и попытки его решения. Сконцентрировавшись на идее о неизбежности выхода ситуации из-под контроля (гораздо позже схожие мысли будут звучать из уст Яна Малькольма в «Парке юрского периода»), Крайтон моментально обрывает повествование, как только добивается нужного результата. Таким образом, оказались обрублены несколько перспективных сюжетных линий. Герои очень много времени затратили на исследование «Андромеды» и попытки угадать, откуда она взялась, но в итоге тайна возникновения штамма так и осталась нераскрытой. Более того, автор настолько сильно спешил поставить точку, что в итоге с одними персонажами читатель вообще не успел попрощаться, а других оставил буквально на полуслове.
Еще одним минусом стало искусственное приглушение интриги. Поскольку книга написана в виде псевдодокументального исследования, Крайтон не раз намекал, описываемые события произошли за несколько лет до момента написания, поэтому все действия, ошибки и оплошности действующих лиц известны автору наперед, о чем он и спешит поделиться с читателями. Поступая так, однако, Майкл во-первых принижает важность текущего момента, а во-вторых, избавляет от необходимости переживать за того или иного персонажа, поскольку фразы типа «много недель спустя он вспоминал этот момент» недвусмысленно намекают, что герой благополучно пережил кризис.
Резюме: очень крепкий роман, в котором видны все фирменные черты Майкла Крайтона. Именно такие книги, как «Штамм «Андромеда» принесли автору любовь читателей, многомиллионные тиражи и звание отца технотриллера.